Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

airport bag

здесь могут водиться тигры

надя сидит на кровати и рычит как рысь, пытается сделать себе рожки. я сижу на стуле. я помню, как однажды курил, был мороз и на фильтре проявились две тёмные точки, может я неправильно курил тогда и случайно облизывал фильтр, сейчас такое уже не случается. не помню, нравился ли мне вкус — я ещё не разбирался и пока доверял цвету пачки, рассказываю я ей. надя молчит и смотрит на окно и отражённую в нём комнату. а недавно я стоял в курилке и смотрел в окно на своё отражение, солнце было низкое, я ссутуливал и расправлял плечи, и тень то падала на мою грудь, то исчезала, продолжаю я и тоже смотрю в окно, в нём не видно нади, только стена и часть кровати.

надя выходит, пойду сделаю чай, говорит.

столько всего случается. память огромная и невозможная. какая тут страсть к борьбе, если ещё с нынешними дарами не разобрался. я не могу поверить в существование разума, даже обладая им.

почти каждый день я ходил в зелёной клетчатой рубашке с разорванными до локтя манжетами, сшитыми красной ниткой, а тетрадки носил в коричневом бумажном конверте от пришедшего по почте даже не мне журнала. на конверте я написал «здесь могут водиться тигры» и приклеил деда мороза. подклеивал скотчем и проходил с ним почти год.

вот я живущий на чердаке, а вот в груде тряпья на работе, вот болеющий и скорченный на полу, а вот ныряющий и открывающий глаза под водой тем летом, когда впервые прочитал тома сойера.

я закрываю глаза: я на балконе десятого этажа, ночь, внизу освещённые фонарями ровные линии одноэтажных улиц. фонари начинают гаснуть, начиная с дальних. и когда гаснут все, я открываю глаза. передо мной надя с чуть видными рожками из коротких прядей. она, улыбаясь, рычит.
airport bag

монстры

представлять за каждым деревом, каждой урной монстров. они ещё не собираются нападать, только когда прошёл мимо, тихо выходят из укрытий, провожают тебя взглядом и, стрекоча (или вовсе беззвучно), убегают прочь. это игра номер один.

в игре номер два искусственных монстров создавать не нужно, сами деревья, урны, машины, обладают животной страстью к уничтожению хотя бы тебя. эта страсть, возможно, никогда не материализуется в нападение (с когтями по лицу, с вырванным мясом), висит в воздухе, чувствуется спиной чуть сильнее чем глазами.

в третьей игре мир совсем уж простой, деревья как деревья, заборы как заборы, окна всего лишь окна. только люди проходят мимо. сколько в таком мире опасности — не знаю.

я кладу руку ф. на плечо, здесь без игр, сейчас громыхнёт и мы побежим сквозь эту темноту. сквозь огонь со мной. и будут искры, хотя бы внутри нас. или просто обниму курткой ф., стисну. настоящие молчаливые мы. и искры — редкие яркие и живые внутри. как звёзды.
airport bag

возвращаться

в это время зимой темно. всё чаще возвращаемся домой вместе — зигфрид, надя, ф., кит. только зигфрид позволяет себе глядеть по сторонам, я смотрю под ноги, остальные перед собой. мы вместе, поэтому каждый из нас стал прозрачнее, кажется, сквозь нас даже проходят люди. мы существа без походки, стайка призраков.

снова не смотри на встречных. это не ненависть и не безразличие. это нелюбовь, отрицание. что у нас общего? ф. точно не они, зигфрид, надя, кит. я? я же тоже, должно быть, не они. кто сможет ответить мне на этот вопрос? самому отвечать как-то противоестественно.
отрицание себя, наверно.

запереться в нашей библиотечке, там мы обретём плотность, цвет. каждый в своём кресле, со стороны зигфрида потянет табаком, надя кинет в кита коркой мандарина, а потом станет вырезать из бумаги, ф. забьётся в кресло и будет пересчитывать пальцы, спрятав подбородок в свитер.

несколько часов спустя, поздней ночью, я достаю из стола свёрток, напоминающий книгу. да, я останусь здесь, с ними. я точно знаю (или помню), что сделаю. ф. не спит, маленький комок тёплой грусти под оставшейся единственной включённой лампой следит за мной глазами, а я иду к двери. думаю, не спят они все. так думаю. я есть они, те, кто так по разному сидит в своих креслах за моей спиной, я — библиотека тёмного дерева, лампы и камин здесь оставляют место темноте, я это наши молчания: хищное — зигфрида, влажное — ф, пронзительное — нади и медленное холодное молчание серого кита. но я не всегда здесь.
мне приходится заучивать свои действия, пока я с ними, чтобы, когда я (сейчас) окажусь один на холодной улице, когда на меня (сейчас) накатит опустошение, я всё равно помнил, что должен делать.

я прохожу несколько шагов мимо фонаря, встречаю покачивающегося паренька. останавливаемся, достаю свёрток, разворачиваю. он мотает головой, будто пытается меня рассмотреть. в свёртке, очевидно, револьвер, а я, очевидно, не умею стрелять. но это неважно, моя рука и его взгляд поднимаются одновременно
airport bag

кто из дому, кто в дом, кто над кукушкиным гнездом

это мы — всё те же киты. всё так же плывём, всё в той же холодной глубине. изредка поднимаемся к поверхности, выплёскиваем тусклую бледную струю, в наших телах гул. молчаливые громадины. медленными китами. кто мы когда не в воде. слабые существа с бегающими мутными глазками и с лапками, такими мерзкими лапками, нацеленными на схватить и притянуть, как тот автомат с дешёвыми игрушками. ненавидеть, тянуться назад, в неспешную бездну. чтобы быть. астероидами в холоде. огромными, медленно двигающимися лабиринтами.

но опять встряхивать головой, понимать, что снова ты — чучело, суетливыми пальцами приглаживающее торчащую из-под ткани соломку, вгоняющее в полную опилок голову очередную блестящую булавку.

должен же быть рецепт — кислое пойло с запахом йода, которое оставит нас навсегда такими, какими мы были рождены — тихими, спокойными, с миром внутри, чувствующими пространство и себе подобных. и скрытыми от остальных океаном.
airport bag

зигфрид

что есть то, на что я смотрю? я выхожу, закрываю за собой дверь.
мимо проходит милая коротко стриженная девочка в чёрном платьице. а я пытаюсь привести пример, чтобы объяснить.
подхожу к повороту на лестницу, встречаю кого-то ещё, не могу вспомнить лица. я начинаю забывать, что пытался что-то объяснить.
чувствую как давит в висках. что-то злокачественное и гнилое во мне, часть меня. выхожу на аллею и пытаюсь вернуться назад, очиститься, стать светлым и звонким или светлым и тихим, плавным. не вернуться, хотя бы спрятаться. сжаться, чтобы только я мог видеть свою чудовищность.
так не получится — это тяжело. рядом со мной появляется и идёт зигфрид. зигфрид, ты знаешь, что безобразен? спрашиваю. зигфид, уродливый карлик в зелёном костюме, поворачивает ко мне своё морщинистое хищное лицо.

мне не нужен его ответ, я останавливаюсь и смотрю вперёд. на людей, возвращающихся с работ, на детей, собак, всю эту зелень.

куда мы пойдём, зигфрид? человек и лепрекон стоят рядом. мне становится спокойно. из-за тебя я могу быть честным. из-за тебя я честный.
airport bag

спам какой-то

от: ***@mail.ru
кому: ***@gmail.com (я)
тема: Группы Галуа
дата 6 Сентября 2007 г. 07:26

Только что приехал из Армавира.Не пойму
какого члена я вообще поперся.Слава богу
наскреб денег на обратный билет.Я выглядел
полным кретином,когда водитель спросил:тебе
куда?Я говорю в краснодар и протягиваю ему
сотню,которую взял вместо тысячи.Думаю че
он так смотрит на меня.Короче я сказал первое
что пришло в голову:тогда до армавира.Думаю
может в багаже деньги,в армавире смотрю-ничего.
Потом вспомнил,что заранее выташил штуку и
положил на окно-на самое видное место,чтоб
не забыть.И конечно же забыл,и взял сотню
из кошелька,думая что это тысяча.Это очень
неприятно-быть в городе почти без денег.
"А ведь *** так и живет"-подумал я и
перестал очковать.Мне повезло-в рубашке
были гроши,которые лежали там давно и о
которых я позабыл.Я прибавил их к сдаче,
которую дал водила и как раз хватило.
Даже 50 копеек сдачи осталось.Но есть
и положительный момент-я наткнулся на
офис билайна.Оказывается утерянную
симку можно востановить,бесплатно.
Я так и сделал.Ну не судьба ты мне скажи.
Так что скоро опять напишу ***,
правда пока не знаю что,но самой мысли,
что я в любой момент смогу <...>
мне достаточно для счастья.
Как тебе история?Потом я ехал домой и
мне строила глазки смешная девушка,которая
вышла в поселке Рудь.Было очень смешно,
но я сдерживался.Не знаю чего она хотела
от меня,но чего-то хотела точно.А я ведь
скромняга,так и не набрался смелости
заговорить с ней.Вдруг она хотела
сделать мне минет.Прикинь если так,какой я
осел.Сегодня мне предстоит взять обходом
с тыла город Сент-Ло и провести операцию
по обнаружению и уничтожению супертанка
"Королевский тигр".Мне интересно что же
ты ешь,когда у тебя нет даже 80 рублей.
Раньше хотя бы был я и тебе кое-что
перепадало.Я думаю,что ты проводишь аферы.
Например,заходишь к кому-нибудь и говоришь:
"У вас нет какой-нибудь старой еды.Я как раз
иду на кухню и могу выбросить".И я не удивлюсь
если тебя за эту услугу еще и угостят шоколадом
или конфетой.Или говоришь:"Саша,видишь котлета?
поразительная вещь я могу съесть ее не дотрагиваясь
руками.Ох,извини,я случайно захватил еще две
котлеты,кусочек батона и помидор".Или ты заходишь
в магазин с продуктами
и начинаешь сильно кашлять,отпугивая покупателей.
Продавцы конечно приносят тебе воду,ты ее конечно
забираешь и говоришь:"Нет-нет,это из-за недостатка
белка в организме,со мной часто такое бывает.Через
полминуты у меня откажут ноги и начнется рвота.
Мне нужно что-то,содержащее белок...мясо например".
А еще по приезде из армавира я заглянул в магазин
с дисками(не то чтобы заглянул-я вошел туда
полностью)и увидел вторую часть амели.Держу
пари ты еще о ней не слышал.Но я не купил,во-первых,
я покупаю фильмы только на сборниках,а в-третьих,
у меня не было денег.
P.S:Уже не действуют волшебные слова:
спасибо и пожалуйста.
Экибастус