airport bag

"мне очень ранит сердце, когда она не отвечает на мои смс"

от: ***@mail.ru
кому: boxfrommars@gmail.com (я)
тема: (no subject)
дата: 11 Сентябрь 2007 г. 17:55

Вчера приехал друг из Сочи и я
впервые за все лето наебашился по-пацанячьи.
Я до сих пор бухаю,так что ты читаешь
пьяные буквы.Он мне подарил дайверский
компас за 300 рублей.Компас вобще как
игрушка,жаль что я уже дарил такую
штуку ***.Этот бы ей больше понравился.
А еще он мне привез охуенные спички,
которые как одна и если надо зажечь огонь,
то приходится отделять от большой спички
маленькую.Я пиздец как люблю всякию такую
мелочь,поэтому очень рад.Кстати,мне нужно
же что-то подарить *** при встрече.
Ты там поищи какие-нибудь безделушки-
сувениры.Я бы очень хотел подарить ей
маленькую эйфелеву башню,любые деньги
бы отдал за нее.*** на море,хотя
как я понял погода там не из лучших.
Мне очень ранит сердце,когда она не
отвечает на мои смс.Так и сейчас произошло.
Мы только начали общаться и она вдруг стихла.
Я начинаю считать себя после этого
ничтожеством.А еще мне последнее время стали
сниться нормальные сны.Я отражал атаку немцев
в лесу.Нас было человек восемь и мы устроили
фашистам засаду.Сон был настолько реальный,
что в памяти сохранился не как сон,а как
реальность.Сохранились чувства которые я
испытывал.В основном страх.А чувства
патриотизма и геройства не было,я сражался
исключительно ради своей шкуры.Я стрелял
пока мы лежали на холме в опавших осенних
листьях,а потом немцы стали подбираться
вплотную-их было очень много.Потом я бежал,
не оглядываясь и не задумываясь что там с моими
товарищами.Оказалось,что все так сделали и нам
удалось перегруппироваться,но немцы куда-то
пропали-это же сон.Но я ре ально почувствовал
войну и очковал.Война больше мне не нравится
так сильно как раньше.А еще мне
наконец приснилась ***.Она была в магазине,
больше ничего не помню из этого сна.
P.S:Отнесись серьезно к моей просьбе
насчет подарка ***.Подумай,поищи
что-нибудь что можно ей подарить.

Славик
airport bag

о расстояниях

от: ***@mail.ru
кому: boxfrommars@gmail.com (я)
тема: (no subject)
дата: 07 Сентябрь 2007 г. 08:46

Гутен так, фраерок.У меня для тебя хорошая и плохая новости.Начну с хорошей:
видел Яночку, она хороша и сказала, что сильно скучает по тебе.Она
сказала, что у тебя все будет отлично, и ты самый клевый паря из всех ее
знакомых.Еще Скряго мне сказал, что ты самый талантливый студент в универе.
И еще, я забыл в комнате на верхней полке, где стоит статуэтка, 500 рублей - можешь
их смело тратить.Теперь плохая новость:все, что сказано в хорошей новости -
чистое враньё.Ну что, сука, полегчало?Ха-ха-ха(громко, надменно смеюсь,уткнув
руки в бока, широко открыв рот и закинув голову.В общем смеюсь как Шао-Кан,
если тебе это имя о чем-то говорит).Ему видите ли грустно.Он видите ли
места себе не находит.А каково мне?Каково мне, сука, а?Мне каково?Какого члена
тебе грустно - диплом в сумке, сигареты в кармане, и допуск в аспирантуру присутствует.
А у меня что?Конченая гитара, которая не звучит и перетянута, монитор на котором
изо дня в день умирают тысячи фашиков и русиш швайнэ, обмельчавшая до нельзя речка и
каждый день мысль, что и сегодня я не увижу это прелестное создание по названию
***.Ты спросил как я; я херово.Ты находишься в трехстах метрах от
счастья, от самого прекрасного места на Земле, а я нахожусь в трехстах
километрах от этого места, и ты еще жалуешься?Кстати, задача по теории вероятностей:
некто ездит в трамвае с рисунком Спанч Боба или надписью "hоре".Два дня этот трамвай
ходит в ад, а потом два дня в рай и т.д.Шестого числа этот некто попал в ад.
Найти ближайший из последующих день, в который со стопроцентной вероятностью этот
человек (бог с ним, назовем его так) попадет в рай.По моим размышлениям этот день будет
двенадцатого числа(вообще-то восьмого, но он уже прошел).Ты понимаешь к чему я клоню?
Но если ты раньше 12-ого свалишь в свой Темрючок, непременно зайди к ***,
что говорить надеюсь помнишь.Видел на рынке "Вам письмо", куплю завтра.Так что можешь
не высылать мне диски почтой(да ты, мудило, уже и забыл, наверно, что собирался это
сделать).Кстати, вчера стал свидетелем того как какому-то парняге, который покупал
комп в магазине, продавец втюхал в придачу лицензионные windows за 4000 штуки,
Dr.Web за 6000!!! и microsoft office за 2000.Я вообще опешил.Научи как настроить почту в Опере.
P.S.:Если ты, Сучье дерьмо, еще хоть разок, даже нечаянно, напишешь мое имя или
слово, под которым мое имя подразумевается, с маленькой буквы, я, бля, найду тебя,
выгрызу твою прокуренную ржавую печень и заставлю тебя сделать тоже самое с
печенью мистера Дж.Дж.Хариссона, которого я опрометчиво и необдуманно оставил
на твое попечительстиво.Я, бля, стараюсь, бля, ставлю после каждой, сука, запятой
пробел, хотя сроду этой хернёй не занимался, а тебе, сука, трудно своим
желтым кривым пальцем shift зажать.Да ты не то чтобы первую букву, ты и
вторую, сучонок, большой писать будешь.
P.P.S.:Прости за длинный P.S.(Ах да,бареф цо это привет пацан по-армянски)

Доктор Фло
airport bag

кто из дому, кто в дом, кто над кукушкиным гнездом

это мы — всё те же киты. всё так же плывём, всё в той же холодной глубине. изредка поднимаемся к поверхности, выплёскиваем тусклую бледную струю, в наших телах гул. молчаливые громадины. медленными китами. кто мы когда не в воде. слабые существа с бегающими мутными глазками и с лапками, такими мерзкими лапками, нацеленными на схватить и притянуть, как тот автомат с дешёвыми игрушками. ненавидеть, тянуться назад, в неспешную бездну. чтобы быть. астероидами в холоде. огромными, медленно двигающимися лабиринтами.

но опять встряхивать головой, понимать, что снова ты — чучело, суетливыми пальцами приглаживающее торчащую из-под ткани соломку, вгоняющее в полную опилок голову очередную блестящую булавку.

должен же быть рецепт — кислое пойло с запахом йода, которое оставит нас навсегда такими, какими мы были рождены — тихими, спокойными, с миром внутри, чувствующими пространство и себе подобных. и скрытыми от остальных океаном.
airport bag

зигфрид

что есть то, на что я смотрю? я выхожу, закрываю за собой дверь.
мимо проходит милая коротко стриженная девочка в чёрном платьице. а я пытаюсь привести пример, чтобы объяснить.
подхожу к повороту на лестницу, встречаю кого-то ещё, не могу вспомнить лица. я начинаю забывать, что пытался что-то объяснить.
чувствую как давит в висках. что-то злокачественное и гнилое во мне, часть меня. выхожу на аллею и пытаюсь вернуться назад, очиститься, стать светлым и звонким или светлым и тихим, плавным. не вернуться, хотя бы спрятаться. сжаться, чтобы только я мог видеть свою чудовищность.
так не получится — это тяжело. рядом со мной появляется и идёт зигфрид. зигфрид, ты знаешь, что безобразен? спрашиваю. зигфид, уродливый карлик в зелёном костюме, поворачивает ко мне своё морщинистое хищное лицо.

мне не нужен его ответ, я останавливаюсь и смотрю вперёд. на людей, возвращающихся с работ, на детей, собак, всю эту зелень.

куда мы пойдём, зигфрид? человек и лепрекон стоят рядом. мне становится спокойно. из-за тебя я могу быть честным. из-за тебя я честный.
airport bag

метаморфозы

бойся нас, твой страх — наше воплощение, твой страх — наш слепок, всего лишь наша тень. мы пишем, чтобы усилить страх, ты не сможешь подготовиться и защититься, это не предостережение, это наш первый шаг. это не предостережение, это то, что случится. мы не убиваем, не этого боишься, мы наполняем пустотой. всё, что мы встретим в твоей жизни на пути к тебе, мы наполним пустотой, а потом мы наполним пустотой тебя, если к тому времени в тебе хоть что-то останется. слышишь? слышшишь? что в твоей голове? слышишь опустошение? это наши шаги.

холодное утро, пустая голова. может быть чаю? почему я говорю с собой. почему в комнате так пусто. сегодняшний день обещает быть серым. да, думаю, чаю, я отворачиваюсь от окна, иду на кухню, почёсывая спину, набираю в чайник воды, ставлю на плиту, подношу спичку, сажусь на стул, смотрю на мусорное ведро, смотрю на мусорное ведро…
airport bag

после которого не страшно

что я помню. как будто это я сидел в коридоре на латинско-русском словаре и я курил красный мальборо. как будто это я дал имена всем, кого видел этими ночами. каждому, кто жил в моей голове жизнью, может быть не имеющей ничего общего с настоящей. пани о’риордан, пани яночка, м-ш, брет эшли, грета гарбо, алиса, м.л. шоша. «мы так много значим для других и даже не подозреваем об их существовании». как будто это мой мир состоял из книг. и книги поглотили мою реальность, я прожил тысячи героев, я был каждым из них. героем можно восхищаться, а можно оставить его в себе, сделав частью себя. ещё раньше. как будто это я проводил многие часы в прогулках, пытаясь найти то самое поле, в котором стоит мой корабль, готовый взлететь, унести, немного вернуть. не находил, знал, придёт время и он обязательно найдётся. всё находится. как будто это дом моих родителей, уютный, тёмный, кресло в чистом дворике, жизнь ночью, опять библиотека. опять чужие жизни или ощущения. кто я есть. во мне странный кусок камина с отблесокм огня и движение руки нади, зелёный мяч отскакивающий от стены и улыбка м-ш мешающей кофе на плите грязной общажной кухни, очередной морибундус, катящийся по склону волшебной горы и открытая калитка на ночную улицу, ведущую к речке, я, в полудрёме сидящий в тёмном автобусе и сон в котором автобус взлетает и останавливается в городе, встретившим меня роговым зигфридом и опаздывающим кроликом, красная грязная сумка и нарцисс, который дарит мне девочка, дарит каждую секунду моей жизни. в этом мире есть возможность ощущать и помнить и ощущать память и ощущать что память есть. и всё это в каждый момент времени. вся жизнь за секунду, говорят. так и есть, но за каждую секунду. не знаю чего в конечном итоге добьётся моё тело, но знаю чего добился, даже не сражаясь, я
airport bag

калипсо

мои мысли далеко от этого места — я никогда не умру. просыпаться, открывать глаза, мы только что прожили хорошую жизнь во сне. или не мы и я снова был один. идти за сигаретами и водой, на самом деле просто пройтись, кого-то встречать, в магазине точно должен быть продавец, и он, хоть и будет думать о себе, сделает что-нибудь и для меня, подаст сигареты, воду. и уже не помнить, что снилось (а что нет), возвращаться в квартиру, даже не закрывал её, пустую, одиссея-выродок подошла к концу, я пришёл к себе, я пришёл к я. в центре комнаты (кажется что нарочно) стоит стул, я могу представить его каким угодно стулом, я могу сесть на него, опять что-то представить, но мне не нужно, мои мысли далеко от этого места — я никогда не умру
airport bag

лоскутное одеяло

когда у людей в книгах кончается завод, они приходят на городскую площадь или вокзал и часами неподвижно сидят. может быть они хотят раствориться среди людей, может пытаются сквозь людей посмотреть со стороны на себя, а может просто ищут случайной встречи.

«ещё очень долгая жизнь» — думала алиса в 5 лет, смотрела в окно на духовой оркестр, что сопровождал покойника.
airport bag

алиса умеет читать

мальчик сидит на стуле, мальчика сегодня заставляют ощутить себя во времени
не в непрерывном (каком-то несуществующем для памяти) а в обрывками:
мальчик-тогда, мальчик-тогда, алиса, надя, улисс, тогда.

алиса умеет играть, варить манную кашу, кричать на мертвом языке, управлять трамваем, кидать в луну консервы, читать молитвы загробным голосом, не любить, прыгать на одной ноге, хранить мышьяк, разрывать когтями чужие лица, шить фартуки, разжигать в лесу костры. можно написать: «алиса умеет всё», но скромность не позволяет.

мальчик и мышь, мальчик в скафандре, кто из нас мёртв, кто из нас способен (будет способен) жить всегда. мальчик-тогда оказался способен. мальчик сейчас не любит завтра.

ночные крыши высотных домов в августе, как 4 года назад: алиса лежит и смотрит в небо на силуэты: любимые неземные создания — двое в профиль. их голоса как через толщу воды. их теплые руки заботливо поправляют одеяло. а если повернуть голову, увидишь другие огни города с той стороны реки. как через толщу воды слышишь нежные голоса и смех девочки. забытая песня другой возвращает <…> — вспоминаешь как после наркоза что есть — там.

мальчик-сейчас немного умер. назад, к одному из прежних состояний, а к какому не решил или не знает. доверяет пространству, по старой (ещё этой) памяти.

алиса ползает с видом помирающей лисицы (и никто ей стакан воды не принесёт) — это такое последствие, когда спать хочешь, и не можешь уснуть, и мысли в голову бессвязно приходят, а сил нет смеяться. вот однажды в таком состоянии алиса гулять пошла и увидела вдалеке дохлую кошку и подумала, что сейчас у неё детская травма случится, а когда подошла поближе — дохлая кошка оказалась кроличьей шапкой. а потом не покидало ощущение, что сзади кто-то на тройке мчится и бубенцы звенят: «вот принесла нелегкая — пробудил ребенка» — ворчу.
airport bag

человек не остров в океане

снова встретил тебя — как я выскочил из этой машины
снова (в очередное теперь) знаю как ты выглядишь
опять перебегал на красный,
ещё одно твоё лицо. ещё одно моё я, орущее во весь рот белыми ровными зубами, я, заключенное в голове, в пространстве с шарик для пинг-понга
отрывался, неважно, что нам в разные стороны,
бег ради ощущения убегания. нарушать мелкие (казалось бы; в такой момент) правила — пытаться сломаться — пытаться что-то нарушить — чтобы немного сломаться.
вошёл к себе, проскочил мимо зеркала, даже не хочу знать как выглядел. почему это имеет значение?

где мягкий я. где моя плавность, зачем так ломаюсь. фразы не выворачиваются в вопрос. падают вниз. я (ведь мы все) такой тяжёлый. как человек, который не может встать, когда над креслом зеркало. когда действие показывает «я», которое не хочется видеть. хотя бы сегодня, хотя бы с неделю, хотя бы пока я помню. не действовать

как мало слов в голове. но повторения как-то связаны с ритмом. я помню и пользуюсь этим.
нечитаемость — это вплоне себе возвратно. как и двусмыслие. я стараюсь